Как правительство США оказывает влияние на массовую культуру

США оказывает влияние на массовую культуру

С интересом прочитал интервью Натана Гардельса (Nathan Gardels). Достаточно известная личность — главный редактор New Perspectives Quarterly, редактор  Nobel Laureates Plus, сотрудничал с Die Welt, Германия (интервью Б. Березовского), El Pais, Испания (интервью Беназир Бхутто), член Совета по международным отношениям (CFR). Неглупый человек достаточно подробно рассказал, как правительство США оказывает влияние на массовую культуру, какие именно идеи продвигались и какие официальные/неофициальные структуры этим занимались.

В частности, он приводит слова известного историка культуры Марты Бейлз (Bayles), которая писала: «Трудно представить, как можно было заручиться поддержкой общественного мнения (в мире) в те годы без таких ярких и очаровательных произведений, как «Поющие под дождем» (1952), «В порту» (1954), «Двенадцать разгневанных мужчин» (1967), «В джазе только девушки» (1959) или «Квартира» (1960)».

Другими словами – Вашингтон охотно стремился использовать влияние Голливуда, чтобы завоевать «сердца и умы», а также укрепить общественное мнение внутри страны во благо внешнеполитических целей. Эти попытки усилились с началом холодной войны, но начались они с появлением Голливуда и первого американского «министра пропаганды» при Вудро Вильсоне («комитет пропаганды» был учрежден чуть позже создания ФРС – все для спасения частной собственности!).

Итак, в 1917 году был учрежден Комитет по общественной информации (CPI) с целью вербовки молодых голливудских талантов, которые поддерживали идею участия США в войне. Председатель этого Комитета Джордж Криль (George Creel) неистово верил, что голливудское кино может «доносить благую весть американизма в каждый уголок планеты». Несмотря на то, что Комитет по общественной информации был закрыт сразу по окончанию Первой мировой войны, Вашингтон поощрял Голливуд, прокладывая ему дорогу на европейские рынки, разоренные войной, это одна из причин, по которой в 1920-х американские фильмы уже получали 35% выручки за границей.

Вторая мировая возродила связь между военными действиями Вашингтона и пропагандистскими мощностями Голливуда, ассортимент фильмов которого варьировался от «Почему мы сражаемся» Фрэнка Карпы до «Признаний нацистского шпиона» и «Миссии в Москве».

Несмотря на то, что первоначально Вашингтон, в основном, был обеспокоен мобилизацией американцев на войну, Госдеп быстро сообразил, что американское кино помогает завоевать сердца и умы в зонах соперничества по мере того, как сворачивалась война. Управление военной информации Рузвельта, фактически, отправляло фильмы и кока-колу, чтобы добиться расположения со стороны освобожденного населения Франции и Италии и заманить его в американский лагерь.  Как и после Второй мировой, Голливуд снова и снова поощрялся на культурную экспансию, предоставляя ему более свободный доступ на новые рынки в мире, где местные культуры были раздавлены войной.

Как подробно рассказывает Ричард Пеллз (Richard Pells) в своей книге «Не такие как мы», одним из первых законодательных актов, обеспечивающих Голливуду присутствие в Европе после войны, стала Программа информационной гарантии СМИ 1948 года, в которой правительство США гарантировало голливудским студиям компенсацию в долларах доходов в неконвертируемой европейской валюте.

Услуга за услугу в этой сделке, по словам Пеллза, заключалась в том, что Госдепартамент хотел, чтобы Голливуд экспортировал фильмы «благоприятно позиционирующие» США, в которых было «меньше гангстеров, меньше насилия и больше позитивного изображения американцев». В частности, представители Госдепа не хотели никаких фильмов, которые разжигали коммунистическую критику в адрес американского узкого капитализма, например, фильм «Гроздья гнева», который Американская ассоциация кинокомпаний решила снять с экспорта. Тем не менее, Пеллз отмечает, что фильмы, правдиво описывающие американскую жизнь, по крайней мере, в те невинные времена, пробивались на экран. Среди них «Двойная страховка», «Бульвар Сансет», «Все о Еве», «Высокая луна», «В порту», «Бунтарь без причины», «К востоку от Эдема», «Психо» и «Великолепие в траве».

Меморандум Госдепа 1948 года выражал новоявленный энтузиазм Вашингтона, связанный с использованием голливудского влияния на зарубежную публику: «Американские кинофильмы, как посланники доброй воли, рассказывают об американской жизни всем нациям мира, что может оказаться бесценным с политической, культурной и коммерческой точки зрения».

В условиях широко открытых рынков для американских кинофильмов и массовой культуры в целом, общественный дипломатический альянс с американской массовой культурой набрал высокие обороты в 1953 году, когда было учреждено Информационное агентство США в момент завязки Холодной войны. К 1955 году культурная дипломатия вышла за пределы кино и охватила музыку — «Голос Америки» продвигал джаз – «музыку свобод» – сотне миллионов своих слушателей во всем мире, тремстам миллионам в странах советского блока.

Однако каким бы обещающим не был голливудско-вашингтонский союз, продающий Америку всему миру, он был почти разрушен усилиями Джозефа Маккарти, который искал коммунистов среди сценаристов и кинорежиссеров, которых он подозревал в использовании своего влияния через кино-заговор с целью подрыва национальной безопасности.

Как только провалилась официальная культурная дипломатия, произошел взрыв американской поп-культуры, а также молодежного бунтарства. Несмотря на то, что Информационное агентство США неуклюже решило спонсировать участие Джоаны Баэз, «Бич Бойз» и Сантаны в концерте в Ленинграде, этого не произошло. Конечно, рок-н-ролл без официального спонсорства нисколько не ослабил влияние таких музыкантов, как Фрэнк Заппа, на таких, как Вацлав Гавел (уже с последующим спонсорством).

Когда СССР был на последнем издыхании, Рональд Рейган, который по своему опыту верил в силу образов и информации, перевооружил Информационное агентство США, назначив главой своего друга Чарльза Уика и раздул бюджет до небывало высокого уровня – до 882 млн. долларов. Однако по причине идеологической ограниченности Уика все свелось к нулю.

При этом Гардельс отмечает, что ключевая идея, прослеживаемая во всей американской массовой культуре, перефразируя кинорежиссера Сидни Поллака, заключается в том, что в Америке «каждый человек может написать свою собственную историю», – несмотря на класс, убеждения или религию. Барак Обама – олицетворение такой американской идеи. Даже у маргиналов есть способы выражения, например, сегодня они это делают с помощью хип-хоп музыки, а раньше это делали с помощью джаза».

Сегодня главная проблема массовой культуры, по мнению Гардельса,  в том, что изменились ценности – за долгое время развития, начиная со все позволяющих 1960-х годов – и Америка подавлена «мажорами и знаменитостями», что связано с результатами индустрии развлечений, где «все имеет рыночную цену». Это привело к тому, что королева Иордании Ранья заявила, что мусульманские женщины смотрят на Америку и видят «отчаянных домохозяек, ищущих секса в большом городе», смешав в сознании два телесериала.

Далее он отмечает, что «культура интеллектуалов» незнакома для большинства жителей Запада и не только — сегодня это имеет место быть и в России. Гардельс вспомнил, как советские люди обожали Евгения Евтушенко и Андрея Вознесенского, когда они собирали полные залы в советские времена – как и великие пианисты уровня Святослава Рихтера. Теперь же и в России все стало поп-культурой, как на Западе.

Главная проблема на Западе, основное разделение между интеллектуалами и массами, заключается в том, что Америка стала пост-текстуальной культурой. Большинство людей получают информацию через образы. Таким образом, они воспринимают мир эмоционально и нерационально, с помощью того, что действует на них метафорично. В этом влияние ТВ и кино. Здесь проблема в том, что американцы со свойственной им гонкой «на полном газу за счастьем» не оглядываются назад и по сторонам. До тех пор, пока что-нибудь не вторгнется в их сознание впечатляющим образом (11 сентября), как в блокбастере, это не разрушит лавину информации, которую они получают ежедневно в информационном обществе.

Образовавшийся разрыв в знаниях – по причине пост-текстуальной природы американской культуры – делает Америку, также самой изолированной державой, и, следовательно,  самым невежественным демократическим народом на земле. Китайский бакалейщик часто знает больше о мире, чем школьный учитель в Америке.

Роль кино и «образные знания» становятся заменой познания, а образы затмевают текст, который утрачен как инструмент —  заканчивает крокодильей слезой «искусствовед в штатском» Натан Гардельс.

Честно говоря, ничего нового он не открыл – общество пришло к новой фазе развития – фазе постмодерна, в которой возникают свои правила. Так по современной официально принятой в США «стратегии сетецентричных войн»  задачей ставится «заранее повлиять на стартовые условия, заложить в них такую структуру, которая заведомо приведет американскую сторону к победе». «Операции базового эффекта» в такой теории должны вестись всегда (война, кризис, мир) и в отношении всех без исключения (противников, нейтральных сил или друзей). Поэтому в последние годы нам старательно внушают, что «рядового Райана спасут в любом случае», а «звездный десант — не победим». Нам в головы вкладывают информацию, задачей которой является «внушение мысли об отказе и бессмысленности военной конкуренции с США».

Но прочитав интервью г-на Гардельса, я неожиданно вспомнил о своем хорошем знакомом, который справедливо считает, что Голливуд – серьезная индустрия, которая приносит не только материальные доходы (годовая сумма которых оценивается в $27 млрд, и только треть этой суммы получают в США), но являются мощным инструментом для продвижения мифа об «американской мечте» в третьи страны.  При этом мой знакомый на полном серьезе оценивает «капитализацию задницы Дженнифер Лопес» в сумму порядка 5 млрд и утверждает, что подобные символы являются достаточно серьезным инструментом для поддержания «экономики услуг». Что же, проверим.

Общая задолжность экономики США составляет порядка $90 трлн, разделив ее на сумму«капитализации задницы» получаем цифру 18000 – что же, такое количество мясистых пятых точек для спасения «единственной сверхдержавы» найти не сложно.

Картина представляется следующей – 18000 клонов Дженифер Лопес, наигрывающих на своих массивных инструментах, ведет наивных обывателей нашей планеты «сдавать накопления в нужную кассу» (подобно Нильсу с дудочкой, заманившего крыс в озеро). Проблема только в том, что сумма наличности во всем мире составит не более 5 трлн.

Получать секретные статьи на e-mail

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

This blog is kept spam free by WP-SpamFree.